Андрей Логинов:
— Уважаемые коллеги, дорогие друзья, мы продолжаем цикл наших подкастов, наших встреч. Сегодня у нас в гостях представитель Института филологии и истории Российского государственного гуманитарного университета. Почему я говорю представитель? Потому что Игорь Олегович — человек, который принимал самое непосредственное участие в создании этого Института, его преобразовании из факультета и сегодня внутри этого Института возглавляет очень важный учебно-научный Центр современных компаративистских исследований. При этом Игорь Олегович — главный редактор журнала «Вопросы литературы» — это ведущий научный журнал филологических наук, филологического знания в нашей стране — человек, заслуженный во всех отношениях своими исследованиями в области отечественной и зарубежной филологии, один из ведущих отечественных шекспироведов.
Расскажите, пожалуйста, Игорь Олегович, как возникла идея, ещё в 90-е годы — ещё раньше, мне кажется, она витала в воздухе — о создании Института, который бы концентрировался именно на изучении, исследовании, подготовке специалистов историко-филологической направленности?
Игорь Шайтанов:
— Всё начиналось с того, что Юрий Николаевич Афанасьев, который практически стал создателем РГГУ на основе Историко-архивного института, он пригласил знаменитого тогда филолога, знаменитого по Москве лектора из МГУ Галину Андреевну Белую. И Вы знаете, я был, что называется, свидетелем того, как между ними возникла договорённость. Летом 93-его года, тогда не было, соответственно, мобильных телефонов, и около двух телефоных автоматов в Переделкино, в Доме творчества писателей, где я был, Галина Андреевна в то время отдыхала, я смотрю: в одной из кабинок Галина Андреевна разговаривает по телефону. Она выходит и говорит: «Игорь, я Вам первому делаю предложение. Мне только что Юрий Николаевич Афанасьев предложил создать Институт филологии при РГГУ. Вы должны обязательно здесь работать».
Я был огорошен, не сразу, честно говоря, согласился, но тем не менее, когда я пришёл, деятельность факультета уже началась. Это было время надежд и мечтаний. Мечтаний, из которых не все исполнились. Галина Андреевна решилась создать, и Юрий Николаевич её к этому побуждал, образцовый университет. У нас должен быть свой образец, но он должен быть встроен в мировую систему, нужно перенять опыт мировых университетов. И Галина Андреевна сказала: «Мне нужны люди».
Она получила от Афанасьева карт-бланш на приглашение, и, в результате, в течение одного-двух лет в РГГУ были собраны, знаете, это был звёздный состав, то есть имена мирового значения: Елизар Моисеевич Мелетинский, Михаил Леонович Гаспаров, Сергей Сергеевич Аверинцев, Юрий Владимирович Манн, — то есть это было несколько десятков ведущих профессоров, учёных, знаменитых академиков. Одни здесь читали лекции, другие были при создании каких-то научных центров. Конечно, РГГУ прогремел среди российских университетов.
Андрей Логинов:
— Смотрите, Игорь Олегович, у нас в советское время традиционно филология была отделена от истории. Я сам заканчивал, как и Вы, Московский университет, я заканчивал исторический факультет, вы — филологический. Безусловно, принцип историзма присутствовал и у нас, и в филологических, и в экономических, и в философских, и в искусствоведческих, и в любых направлениях гуманитарных и общественных наук. Но, собственно, отделение филологии и истории нарушило достаточно старинную и, на мой взгляд, очень плодотворную образовательную традицию.
Если мы посмотрим, в названиях и отечественных, и зарубежных факультетов эпохи XIX века было распространено именно сочетание «историко-филологический» — будь то факультет, институт или кафедра. В чём Вы ощущаете эту неразрывную связь, неразрывную связь между филологией и историей?
Игорь Шайтанов:
— Действительно, в больших университетах они были разделены. В институтах и университетах поменьше, в провинции, они соединялись, причём не только на организационной основе, но и на концептуальной, потому что филолог без знания истории — это ничто. Историк, как и впрочем человек любой гуманитарной профессии, без знания филологии тоже имеет изначальный минус. Ведь что такое филология? Любовь к слову. А какой же гуманитарий без любви к слову? Да и не только гуманитарий.
Андрей Логинов:
— Сегодня завязка истории и филологии нигде так, наверное, рельефно не реализуется, как в вашем Институте. Я говорю не только о Российском государственном гуманитарном университете, но и о многих других ведущих вузах Москвы и нашей страны. Это действительно крайне необходимо. Студенты, которым необходимы глубокие, профессионально переданные знания по истории, по литературе, по философии, по культуре — то, что составляет основу нашего сегодняшнего культурного и гуманитарного бытия — эти специалисты, студенты могут получить всё необходимое в вашем Институте.
Игорь Шайтанов:
— Абсолютно верно. Знаете, когда-то в течение нескольких лет я преподавал на английском факультете Московского педагогического университета. Я принимал экзамен по английской литературе, и молодой человек мне отвечает по Оскару Уайльду, всё как будто бы связно. Но я чувствую, что там какое-то странное основание его знаний. Спрашиваю его: «А когда жил Оскар Уайльд?» Он подумал и говорит: «В 14 веке». Вот вам и знания филологии, оторванные от знаний истории.
Андрей Логинов:
— Почему уходит интерес от первоисточника, такого важного для самосознания, своего культурного самосознания, для понимания своей идентичности, каковым является литература?
Игорь Шайтанов:
—Вы знаете, я попытаюсь ответить на этот вопрос. В 20 веке традиция изучения литературы, особенно в западных университетах, строилась на системе «новой критики». Что это за система? Это погружение в текст, оторванный от всего. Вы знаете, знаменитый кембриджский профессор середины 20-х годов прошлого века приходил к своим студентам, раздавал машинописные листочки с поэтическим текстом, где не было ни названия, ни автора, ни даты. Это хорошее упражнение — вся информация в тексте. Это хорошо, но это ограничено, только этим заниматься невозможно. Это погружение в текст начинает надоедать. И когда в 80-х–90-х годах вдруг появился на Западе «новый историцизм» или «new historicism», я общался с западными профессорами — для них это было как глоток воздуха: они освободились от доминирования чистого погружения в текст.
В России этого не было. В России была традиция исторической поэтики, которая основанная на идеях, как я всегда говорю, нашего единственного филологического гения Александра Николаевича Веселовского. Так вот, на нашем историко-филологическом факультете историческая поэтика положена в основу подхода. Это и история идей, и исторический контекст. Всё должно быть схвачено, соединено. И лишь в это осознанное пространство мы будем погружать текст, в который потом погружаемся сами.
Андрей Логинов:
— Завидую вашим студентам, потому что у выпускников Института филологии и истории, конечно, если они глубоко, серьёзно проникнутся идеями, традициями и смыслом тех предметов, которые они будут изучать, ждёт очень увлекательное путешествие длиной в жизнь.
У нас сегодня в Институте преподают 30 докторов наук, 60 кандидатов наук, академиков, многие из них совмещают свою работу с работой в академических институтах и в других центрах. Это, безусловно, обогащает учебный процесс и даёт возможность уже на студенческой скамье попробовать примерить на себе то или иное направление деятельности — ту или иную работу.
Как у нас обстоит дело с трудоустройством студентов, которые закончили Институт?
Игорь Шайтанов:
— Знаете, я бы сказал так — эта ситуация меняется. Перед ними огромная задача — задача обновления самой филологической науки. Это не секрет, у нас есть много профессоров, много известных учёных, но я бы хотел видеть больше людей, которые придут на смену, потому что, в силу этих девяностых годов, начала двухтысячных, у нас, я не скажу, что лакуна среднего поколения. У нас есть прекрасные преподаватели, но, во всяком случае, это необходимость. Я уверен, во всех университетах России ощущается потребность в новом составе преподавателей. Ну, а кроме филологии, как я уже сказал, открываются возможности для любой деятельности. Если ты умеешь писать, говорить и мыслить — все пути для тебя открыты.
Андрей Логинов:
— Я абсолютно уверен, что выпускники вашего Института будут востребованы. Сама логика развития человечества сегодня, развития нашего общества, формируемых в нашем обществе современных отношений к своей культуре, к своим историческим корням, — всё это диктует необходимость подготовки филологов, историков действительно нового качества, нового уровня. Я думаю, что это путешествие, как я уже говорил, длиной во всю жизнь ждёт многих из тех, кто сегодня смотрит нашу передачу, и, будучи абитуриентами, будут стараться поступить в ваш Институт.
Спасибо Вам большое. Мы беседовали с представителем Института филологии и истории — Игорем Олеговичем. Игорь Олегович — заслуженный учёный, исследователь в вопросах филологии. Спасибо.
