Новый раздел
УНИАиЭ провел в апреле 2025 г. конференцию, озаглавленную «Эмпиризм, синтагмы и парадигмы в антропологии и этнологии (в жанре академической рефлексии)». Результаты полевых выездов вписались в «эмпиризм», что не помешало докладчикам классифицировать, типологизировать, систематизировать собранный материал (синтагматика в антропологии) и вывести из него новые парадигмы. А те, кто не побывали в поле, могли совершить ретроспективной экскурс в парадигматику своей сферы интересов. При такой формулировке темы конференции каждый желающий выступить нашел себе нишу. Был установлен весьма благоприятный регламент: доклад – до получаса и вопросы с комментариями – до 15 минут. В конце каждого заседания выделялось время для общей дискуссии. Это способствовало обстоятельному изложению позиций докладчиков и оживленному их обсуждению. Ниже приводятся программа конференции, краткое изложение содержания докладов и отдельные фотографии, сделанные во время конференции преподавательницей УНИАиЭ Еленой Прокопьевной Федоровой.
ПРОГРАММА КОНФЕРЕНЦИИ
МИНОБРНАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Российский государственный гуманитарный университет» (РГГУ)
УЧЕБНО-НАУЧНЫЙ ИНСТИТУТ АНТРОПОЛОГИИ И ЭТНОЛОГИИ (УНИАиЭ) РГГУ
Ежегодная научная конференция
«
ЭМПИРИЗМ, СИНТАГМЫ И ПАРАДИГМЫ В АНТРОПОЛОГИИ И ЭТНОЛОГИИ (В ЖАНРЕ АКАДЕМИЧЕСКОЙ РЕФЛЕКСИИ)»
ПРОГРАММА
Ольга Юрьевна АРТЕМОВА
Учебно-научный институт антропологии и этнологии РГГУ. Институт этнологии и антропологии РАН
Вступительное слово
Марина Львовна БУТОВСКАЯ
Учебно-научный институт антропологии и этнологии РГГУ. Институт этнологии и антропологии РАН
Лицо человека как источник информации по эволюции человека
Елизавета Валентиновна ВЕСЕЛОВСКАЯ
Учебно-научный институт антропологии и этнологии РГГУ. Институт этнологии и антропологии РАН
Антропологическая реконструкция – хорошо, но как быть с опознанием?
Дмитрий Михайлович БОНДАРЕНКО
Учебно-научный институт антропологии и этнологии РГГУ. Институт Востоковедения РАН. Международный центр антропологии НИУ ВШЭ
Эволюция и формы социально-политической организации: исторический и антропологический подходы (по итогам коллоквиума, организованного Международным центром антропологии, Высшая школа экономики, 25-27 марта 2025 г.)
Ольга Юрьевна АРТЕМОВА
Учебно-научный институт антропологии и этнологии РГГУ. Институт этнологии и антропологии РАН
От родового общества к «открытым обществам» (о смене парадигм в отечественной этнографии/социальной антропологии)
Сергей Сергеевич АЛЫМОВ
Учебно-научный институт антропологии и этнологии РГГУ. Институт этнологии и антропологии РАН
Представление современных антропологов о ситуации с теориями в их науке (по материалам последнего номера журнала «Антропологический форум»)
Михаил Евгеньевич КАБИЦКИЙ
Учебно-научный институт антропологии и этнологии РГГУ. Исторический факультет МГУ им. М.В.Ломоносова
Утрата парадигм в этноантропологии в конце XX в. Опыт Южной Европы
Ольга Борисовна ХРИСТОФОРОВА
Учебно-научный центр типологии и семиотики фольклора РГГУ
Об одной советской эвгемеристической теории
Юлия Александровна АРТЕМОВА
Учебно-научный институт антропологии и этнологии РГГУ
Одно событие – разные нарративы (игра исторической памяти в устной традиции вик-мункан, Австралия)
Марина Петровна КЛЯУС
Учебно-научный институт антропологии и этнологии РГГУ. Институт этнологии и антропологии РАН
Болгары Краснодарского края: опыт полевого исследования
Владимир Леонидович КЛЯУС
Учебно-научный институт антропологии и этнологии РГГУ. Институт мировой литературы РАН
«Семейские» (старообрядцы) Забайкалья в Монголии: разрушение духовной и традиционной культуры в условиях социальных преобразований и изменений образа жизни в XX столетии
Максим Сергеевич МИХАЛЕВ
Учебно-научный институт антропологии и этнологии РГГУ
Жить не по лжи. Вот и вся теория (о поразительных открытиях на Дальнем Востоке
Андрей Владимирович ТУТОРСКИЙ
Учебно-научный институт антропологии и этнологии РГГУ. Исторический факультет МГУ им. М.В.Ломоносова
Петерсон на Пинеге: интеллигентский и крестьянский проекты распределения пищи среди нуждающихся в XIX в.
Андрей Владиславович ЗАГОРУЛЬКО
Учебно-научный институт антропологии и этнологии РГГУ
Сельскохозяйственное наследие в республике Корея. Проблемы актуализации
Мария Владимировна ВАСЕХА
Учебно-научный институт антропологии и этнологии РГГУ. Институт этнологии и антропологии РАН
Сибиряки в поисках «сибирскости»
Александр Анатольевич ПРИГАРИН
Учебно-научный институт антропологии и этнологии РГГУ
«Глокализация по-советски»: полевые впечатления из Приазовья
ОРГКОМИТЕТ:
Ольга Юрьевна Артемова, д.и.н., проф., заместитель директора УНИАиЭ РГГУ
Дмитрий Александрович Долгих, преподаватель УНИАиЭ РГГУ
Елизавета Алексеевна Зверкова, специалист по УМР УНИАиЭ РГГУ
Екатерина Юрьевна Павлова, специалист по УМР УНИАиЭ РГГУ
КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДОКЛАДОВ
Марина Львовна БУТОВСКАЯ в докладе «Лицо человека как источник информации по эволюции человека» показала, что форма лица человека и ее составляющие представляют собой сложный морфологический комплекс, формирующийся в процессе эволюции человека под влиянием факторов: 1.окружающей среды (географических, климатических, экологических); 2. биологических (филогенетических в целом, генетических, онтогенетических, мутационных); 3.социальных и культурных (формирование характеристик с учетом хозяйственной специализации, в том числе диеты и особенностей жизнедеятельности, индикаторы успешности в разных культурных и социальных средах, формирование стереотипов привлекательности). Были представлены теории, объясняющие направление преобразований формы лица в эволюции человека. Показаны современные методы изучения формы лица. Рассмотрены современные тенденции в изменениях формы лица и его восприятии. Показана роль базовых этологических механизмов восприятия лица и контекстно-временных культурных стереотипов красоты и привлекательности. Исследование выполнено при поддержке гранта РНФ № 23-18-00277.
Елизавета Валентиновна ВЕСЕЛОВСКАЯ в докладе «Антропологическая реконструкция - хорошо, но как быть с опознанием?» говорила о том, что современное развитие антропологической реконструкции обеспечивает достаточно точное восстановление облика по черепу с учетом индивидуализирующих особенностей внешности. Это направление широко востребовано в палеоантропологии, музейном деле, а также в криминалистике, где способствует идентификации личности по костным останкам. В целях установления личности на основе черепа производят реконструированный портрет, который сопоставляют с фотографиями пропавших без вести, тем сужая круг поиска. Изучали особенности процедуры опознания. Была выполнена графическая реконструкция по установленному черепу, для которого имелась прижизненная фотография. При работе по восстановлению облика специалисты фото не видели. Реконструкцию выполняли в двух видах: карандашный набросок без прорисовки деталей и компьютерное изображение, приближенное к фотографии. Далее были составлены тестовые опросники, где фигурировали два типа представления реконструкций. Респондентам предлагали ряд из семи фотографий мужчин и реконструкцию. Надо было выбрать того индивида, по черепу которого восстанавливали внешний облик. Целью было изучение узнаваемости выполненной по черепу реконструкции в зависимости от художественной техники. Проверяли гипотезы о разной успешности опознания мужчинами и женщинами; экспертами и неэкспертами. Из 797 опрошенных 60 % выбрали правильного индивида. Женщины и мужчины были одинаково успешны. Карандашная реконструкция, выполненная как набросок без прорисовки деталей, более удобна для верного выбора. Эксперты, как и следовало ожидать, лучше справлялись с задачей опознания. Приведены случаи установления личности по графическим реконструкциям, выполненным по черепам воинов ВОВ. После опознания проводили идентификационную экспертизу на основе сопоставления размерных и описательных характеристик и фотосовмещения. Исследование выполнено в рамках гранта РНФ № 24-28-00819 «Антропологическая реконструкция лица и проблемы идентификации внешности».
Дмитрий Михайлович БОНДАРЕНКО в докладе «Эволюция и формы социально-политической организации: исторический и антропологический подходы», отмечал, что в середине – второй половине XIX в., когда антропология формировалась как особая наука, она отчетливо резонировала с исторической наукой. Очевидный же сегодня разрыв истории и антропологии имеет крайне негативные последствия для обеих дисциплин. Для истории они выражаются, в частности, в том, что, занимаясь научными проблемами, в изучение которых внесли фундаментальный вклад антропологи (например, такими, как институт общины или феномен сакрализации власти), историки не опираются на него, не используют его в должной мере, зачастую попросту игнорируя. В антропологии же небыстро, но нарастает ощущение приближения конца господства постмодернизма и, соответственно, все более остро встает вопрос: что будет с дисциплиной, каковы будут ее теоретико-методологические основы после завершения периода доминирования принесенного им крайнего релятивизма, отрицающего правомерность создания каких-либо общих теорий, а в конечном счете – саму возможность познания явлений культуры. В восстановлении связи между историческим и антропологическим познанием видится перспектива не только получения нового импульса антропологической теоретической мыслью, но и углубления понимания явлений прошлого историками. Связь между антропологией и историей нуждается в восстановлении не просто на уровне разработки тех или иных конкретных научных тем – необходимо восстановление связи на уровне теоретико-методологическом. Это возможно, с одной стороны, при понимании антропологии как науки в основе своей исторической, что, в свою очередь, предполагает признание существования, разворачивающегося в историческом времени на глобальном, региональном и локальном уровнях социокультурного процесса. С другой стороны, воссоединение антропологической и исторической наук, плодотворное для обеих дисциплин, возможно, если историки, особенно изучающие не конкретные события, а фундаментальные исторические явления и глубинные исторические процессы, перестанут осознанно или неосознанно воспринимать антропологические темы, теории, методы и т.д. как чужие для себя, как относящиеся к совершенно другой области знания и никак не способные помочь им в их исследованиях.
Ольга Юрьевна АРТЕМОВА в докладе «От родового общества к «открытым обществам» (о смене парадигм в отечественной этнографии/социальной антропологии)» попыталась показать, как изменились теоретические позиции отечественных исследователей, стремив-шихся реконструировать ранние этапы социальной эволюции, в период с конца XIX века до настоящего времени. Рассмотрены взгляды отечественных последователей классического эволюционизма, а также его критиков в дооктябрьскую эпоху, движение теоретической мысли в первое десятилетие после Октябрьской революции, догматизация концептов Моргана-Энгельса в годы «великого перелома», вылившаяся в окаменелую конструкцию псевдомарксисткого понимания «первобытно-родового строя», и ее постепенное преодоление в трудах этнологов позднего советского и постсоветского времени. Среди главных принципиальных сдвигов в докладе прежде всего отмечен отход от представлений о единообразии и стадиаль-ном характере ранних этапов социальной эволюции, о родовой организации как обязательном атрибуте «классической первобытности» и о пользе и смысле этнографических аналогий.
Сергей Сергеевич АЛЫМОВ в докладе, посвящённом анализу форума «Антропологические теории для XXI века: дорожная карта» (Антропологический форум. 2025. № 64), на котором обсуждалось современное состояние теории в антропологии (с основным фокусом на российскую науку), отметил, что форум собрал 22 реплики ведущих отечественных и некоторых зарубежных антропологов и может считаться вполне репрезентативным. В докладе излагались наблюдения о состоянии антропологической теории на основе анализа данных реплик.
Ольга Борисовна ХРИСТОФОРОВА в своем докладе «Об одной советской эвгемеристической теории» рассказала о концепции этнографа Б.О. Долгих, согласно которой в фольклорных нарративах нганасан Таймыра о «сюкчах»/«сюпся» сохранилась историческая память о контактах с чукчами – жителями далеких восточных земель. Эта концепция, которую можно отнести к криптоэтнографии (отождествлению фольклорных мифических народов с реальными сообществами), обнаруживает параллели с криптозологическими построениями, в частности, с известной эвгемеристической теорией о том, что под названиями «чукчи», «чучуна» и подобными в фольклоре народов Сибири фигурирует снежный человек, поисками которого была занята группа советских исследователей под руководством Б.Ф. Поршнева.
Михаил Евгеньевич КАБИЦКИЙ в докладе «Утрата парадигм в этноантропологии в конце XX в. Опыт Южной Европы» отметил, что этноантропологические науки в странах Южной Европы (Италии, Испании, Португалии) к середине XX в. вступили в период активного и успешного развития. Во второй четверти века были сделаны наиболее заметные достижения как в полевых исследованиях, так и в осмыслении собранного материала. Для такого осмысления имели большое значение теоретические и методологические парадигмы различного происхождения, принятые на вооружение в соответствующих странах отдельными учёными или исследовательскими группами. Однако к концу 70-х – началу 90-х гг. во всех этих странах в той или иной мере становится заметен кризис, связанный с отходом от принятых парадигм, что зачастую влекло за собой отказ в целом от культивирования самобытной теоретико-методологической традиции. Причины, условия и последствия этого явления в разных южно-европейских странах, параллели и уроки для российской науки обсуждались в докладе.
Доклад
Юлии Александровны АРТЕМОВОЙ был посвящен анализу устных рассказов аборигенов Кейп-Йорка (Австралия), записанных исследователями в конце ХХ – начале ХХI века. Анализируемые нарративы повествуют о событиях первой половины ХХ века, когда информанты были еще детьми или молодыми юношами и девушками. В этот период шел процесс христианизации коренных жителей Австралии и осуществлялось частичное их переселение в организованные в это же время протестантские миссии, хотя часть аборигенов продолжали еще вести традиционный мобильный образ жизни. Начало миссионерской деятельности совпало с чередой серьезных социальных потрясений, через которые пришлось пройти аборигенам во взаимодействии с белым населением континента, и в каком-то отношении само стало одним из таких потрясений. В докладе рассматриваются разные версии одних и тех же событий, связанных с этими переменами в жизни аборигенов вик-мункан и родственных им этнокультурных общностей. Суровая политика белых миссионеров на фоне многовековой межклановой вражды, взросление и вхождение во взрослую жизнь в тревожной атмосфере Второй мировой войны, традиционные способы жизнеобеспечения в опасной природной среде североавстралийских тропиков. Все это является частью коллективной исторической памяти вик-мункан, но в то же время по-своему преломляется через личность каждого отдельного рассказчика, поэтому анализируемый материал может представлять интерес как для теоретиков социальной (культурной) антропологии, так и для специалистов в сфере микроистории и этнопсихологии. Исследование выполнено в рамках гранта РНФ № 25-28-01545 «Роль личности в этномикроистории (по восточносибирским и австралийским материалам»).
Доклад
Марии Петровны КЛЯУС «Болгары Краснодарского края: опыт полевого исследования» основывался на эмпирических данных, собранных автором в ходе полевой работы в городе Крымск и поселке Сенной Краснодарского края в июне 2024 года. Основное внимание в исследовании было уделено методологическим аспектам: специфике взаимодействия с респондентами, пережившими депортацию 1944 года, а также рефлексии интервьюера над этическими и практическими сложностями такой работы. В фокусе анализа оказались нарративы болгар, отражающие ключевые этапы формирования этнической группы: особенности адаптации на новых территориях; участие в значимых исторических событиях; травматичный опыт депортации из Крымской АССР. Материалы интервью демонстрируют, как в коллективной памяти болгар переплетается история взаимодействия с другими народами Российской империи и СССР. Респонденты подчеркивают роль своих предков в ключевых событиях эпохи — от службы в царской армии и участия в партизанском движении до борьбы в рядах Красной армии во время немецко-фашистской оккупации. Особый эмоциональный акцент в докладе был сделан на теме депортации 1944 года, которая в воспоминаниях информантов предстает как наиболее травмирующий эпизод этнической истории. По наблюдениям автора, именно этот сюжет вызывает наибольшие сложности в коммуникации: рассказы о выселении часто фрагментарны, насыщены символическими деталями и требуют особого внимания к невербальным реакциям собеседников.
Доклад
Владимира Леонидовича КЛЯУСА «"Семейские" (старообрядцы) Забайкалья в Монголии: разрушение духовной и традиционной культуры в условиях социальных преобразований и изменений образа жизни в XX столетии» был основан на полевых исследованиях, проведенных автором в 2018-2024 гг. Собранные материалы среди русского старожильческого населения Монголии убедительно показывают, что духовная и традиционная культура «семейских» (старообрядцев), отличная от кульутры других групп русских Забайкалья, в социокультурных условиях «советской» Монголии была полностью разрушена. В отношении фольклора это хорошо видно, в частности, на примере песенной традиции. Богатая песенная культура, принесенная в Монголию семейскими в первой четверти XX века, практически полностью исчезла. Полевые исследования позволили зафиксировать лишь единичные образцы (лирические песни, песни литературного происхождения, песни Гражданской войны, частушки), в том числе среди русских выехавших из Монголии в СССР в 1960-1990-гг., но и они представляют интерес для науки. Исследование выполнено при поддержке Российского научного фонда. Проект № 23-18-00478 «Русские Монголии. Комплексное исследование культуры в иноэтническом окружении (фольклор, обрядовые традиции, язык)».
Максим Сергеевич МИХАЛЕВ в докладе «Жить не по лжи. Вот и вся теория (о поразительных открытиях на Дальнем Востоке)» указал на конфуцианскую традицию, которая говорит о том, что у ученого есть обязанность: всегда говорить правду, невзирая на лица, какой бы горькой и опасной для говорящего не была эта правда. Сто лет назад у русских интеллигентов считалось жертвой пойти на смертную казнь. Сейчас же представляется жертвой рискнуть получить административное взыскание. К сожалению, склонность к компромиссам, вызванная измельчанием характеров и отсутствием нравственного образования, приводит к печальным последствиям. Известно, что реконструкторские по форме и политическо-экономические по содержанию, проекты этнического возрождения возникают в последнее время повсеместно. Они отнюдь не безвредны, ибо обычно создаются беспринципными этническими антрепренерами, использующими в корыстных интересах эфемерные псевдоисторические построения. К сожалению, к созданию таких проектов оказываются причастными и антропологи. Одним из примеров является появление на Камчатке так называемых камчадалов. Инспирированное сотрудниками рыбоохраны и поддержанное местной партноменклатурой, это движение смогло добиться признания именно благодаря помощи с их стороны. Еще одним проектом являются так называемые камчатские айны. А.В. Накамура, самопровозглашенный лидер и единственный доподлинно известный их представитель, с 2010-х гг. активно продвигает идею о необходимости признания айнов и включения их в Единый перечень коренных малочисленных народов Российской Федерации. Законодательство РФ не препятствует гражданам в определении идентичности, однако оставляет за собой право признавать идентичность соответствующей историческим фактам. К сожалению, несмотря на то, что фактически айны в России не проживают, российские антропологи не рискнули зафиксировать этот факт. Доклад подготовлен в рамках реализации проекта «Трансграничные народы Сибири и Дальнего Востока в составе России: истории успеха как фактор “мягкой силы”» (Программа фундаментальных и прикладных научных исследований «Этнокультурное многообразие российского общества и укрепление общероссийской идентичности» 2023–2025 гг.).
В докладе
Андрея Владимировича ТУТОРСКОГО «Петерсон на Пинеге: интеллигентский и крестьянский проекты распределения пищи среди нуждающихся в XIX в.» была предпринята попытка выделить различия в двух типах уравнительного распределения пищи в Архангельской губернии: практиковавшегося крестьянами и организованного уездной интеллигенцией в 1868 г. В качестве теоретического подхода была выбрана концепция «деления по запросу» австралийского антрополога Н. Петерсона. Крестьянский вариант распределения пищи оказался очень близок к «делению по запросу»: крестьяне часто не прибегали к помощи общинного схода, а использовали двусторонние взаимоотношения, обязательным было испрашивание помощи. Интеллигентский проект основывался на принципе ratio: активисты-интеллигенты сами определяли тех, кто нуждался в пище, что требовало большого объема «бюрократической» работы по сбору сведений о нуждающихся, установления критериев бедности, а также публикации отчетов о направлении расходования средств. Излишняя бюрократизация (даже на микроуровне) привела к тому, что интеллигентской проект распределения быстро завершился, в то время как крестьянские раздачи хлеба существовали вплоть до второй половины XX столетия.
Мария Владимировна ВАСЕХА в докладе «Сибиряки в поисках сибирскости: поиск форм визуальной репрезентации сибирских регионов» базировалась на полевых материалах, собранных ею в 2022-2023 г. в Тюменской и Новосибирской областях, а также Красноярском крае. В докладе также были задействованы материалы, собранные с использованием Сети Интернет и проведением ряда дистанционных интервью в отношении Омской области, что привело к закономерному информационному «перекосу» в пользу регионов, куда полевые выезды состоялись. Проект исследования сибирской идентичности и ее локальных вариантов еще продолжается, в связи с чем доклад охватывал часть сибирских регионов, представленных крупнейшими городами Сибири. В отношении изучения идентичности автор придерживается позиции целенаправленного социального конструирования как со стороны сибирских администраций, так и прочих неформальных сил, и структур. Рассмотрены, как официально утвержденная региональная повестка, так и неформальные, стихийные формы идентичностей, сложившие за пределами/вопреки административного мейнстрима.
Андрей Владиславович ЗАГОРУЛЬКО в докладе «Сельскохозяйственное наследие (ноноп юсан) в Корее» показал, как «живое наследие» развивается, адаптируясь к изменениям окружающей среды, к политике и экономике. В марте 2012 года была введена в действие Национальная система сельскохозяйственного и рыбного наследия, а в декабре были объявлены «Стандарты обозначения и управления сельскохозяйственным и рыбным наследием», в февраль 2015 г. была создана правовая основа для сельскохозяйственного наследия и рыболовного наследия. Деятельностью по выявлению и утверждению объектов с/х наследия занимается Управление по развитию сельских районов. Основой и источником для объектов с/х наследия является сельская традиционная культура, куда входят агротехнологии, обычаи, образ жизни. Основные задачи экспертного сообщества – выявление культурных архетипов и особенностей сельских районов и формирование их новых модификаций. Однако в условиях депопуляции сельских районов, старения сельского населения, появления «новых» фермеров воплощение программ, связанных с актуализацией с/х наследия сталкивается большими трудностями. Поэтому во многом вся деятельность связана с мерами правительства, направленных на создание новых возможностей для развития сельских районов. И в этом основная проблема – утверждение объектов с/х национального значения идет «сверху», со стороны законодательных и исполнительных органов, экспертное сообщество и необходимые инициативные групп участвуют формально, что и отражается на результатах актуализации.
Александр Анатольевич ПРИГАРИН в докладе «Глокализация по-советски»: полевые впечатления из Приазовья» основывался на материалах экспедиционных выездов 2023-2025 гг. в Донбасс и Приазовье. Он обобщил эмпирические данные по актуальным трансформациям культурно-бытовой среды в регионе. В качестве сравнений использовались материалы из южного побережья Азовского моря (Крым и Кубань). Априорные представления полностью укладывались в методологические принципы В.А. Тишкова («Общество в вооруженном конфликте. Этнография чеченской войны», 2001). С той только разницей, что предыдущие наблюдения были сделаны изнутри «среды в состоянии агрессии». В силу этой специфики политико-идеологические контексты и смыслы пока «вынесены за скобки», а основная оптика перенесена на повседневные социальные практики народа «исторических территорий». Для объяснения процессов перезагрузки общества, погруженного в агрессию еще с 2013-2014 гг., эффективной оказалась исследовательская оптика – «глокализация». Под этой категорией принято понимать процессуальность разнонаправленного развития, при котором синхронно идет амбивалентное включение традиций как в глобальные проекты, так и консервация/реституция локальности/региональности/этничности. Показано, что предыдущий советский этап модернизации привел именно к такой тенденции, а затем – она стала восприниматься исключительно в англосаксонской парадигме («МакДональдс» и «Жигули»). На основе этой матрицы современность переформатируется, объединяя стандарты глокализации обеих моделей, что приводит к парадоксальному культурному бриколажу. И если политологический дискурс вводит всю ситуацию в жесткую модель бинарности, в которой каждая из сторон перечеркивает вторую («декоммунизация» - яркий пример для Украины), то антропологический дискурс позволяет рассмотреть внутреннюю вариативность моделей. Показательно, что на Донбассе и в Приазовье работают те же принципы, что и в средах, явно сознательно дистанцированных от «советского»: например, иммигранты Брайтона или «староверы-часовенные» Сибири. Визуальные полевые материалы позволяют продемонстрировать модели социальных практик региона: реликтовости как «советскости», так и «глобализации»; взаимного встраивания результатов этих тенденций; выстраивание принципиально новых стандартов и т.д. Отдельным блоком внимания является проявление этничности в этой среде: от радикального «запрещения» до контекстуального сосуществования. Исследование выполнялось в рамках реализации проекта РНФ «Доместикация советского»: опыт репатриации старообрядцев из Европы и адаптации в СССР» (№ 24-28-01663), а также при поддержке ОПФ.
